Browse Tag: подвиг

24 января 1942 года была произведена вторая прибавка хлебного пайка в осажденном Ленинграде. В результате удовлетворительного завоза продовольствия через Ладожское озеро появилась возможность увеличить норму хлебного пайка. Рабочие и ИТР стали получать 400 г хлеба в день, служащие — 300, иждивенцы и дети — по 250 г, войска первой линии — 600 г и в тыловых частях — 400 г. Из воспоминаний А. Дикова из книги «Подвиг Ленинграда», Документально-художественный сборник. М., Военное изд. МО СССР, 1960 г.:

«Блокадный хлеб. Из чего только не приходилось его выпекать. Меньше всего в нем было муки — мякина, отруби, целлюлоза. И все же это был хлеб, почти единственное питание ленинградцев. Из-за острой нехватки рабочей силы, электроэнергии, топлива и воды в городе работали далеко не все хлебозаводы. Случись с нами что-нибудь — и сотни тысяч ленинградцев лишились бы своего микроскопического пайка… Солдаты нет-нет, а все же время от времени выводятся с переднего края на переформирование и отдых. Наши работники не знали отдыха и ниоткуда не ждали пополнения. Они выпекали хлеб, разбирали на топливо старые деревянные дома, добывали ведерками на жгучем морозе невскую воду для замесов, дежурили под огнем на наблюдательной вышке, выгружали муку, ухаживали за ранеными в подшефном госпитале, гасили термитные бомбы, спасали детей, оставшихся без призора, и хоронили своих погибших товарищей и родичей… Как раз в тот день на завод привезли муку. А в то время доставка муки была событием. Муку разгружали всем коллективом. Трехпудовый мешок с трудом тащили или волочили по полу четверо, а то и шестеро работниц. Разгрузка затруднялась еще и тем, что мешки были покрыты слоем льда. Очевидно, они побывали в воде. Во втором этаже на складе мешки рассекали топорами — под ледяной коркой показывалась сухая мука. Ее бережно бросали совками на сита. На решетках после просева часто оказывались пули, мелкие осколки, окровавленные лоскутки шинельного сукна. Мы смотрели на эти лоскутки, и нас охватывало тревожное волнение. Люди за эту муку отдавали жизнь…»

Источник: http://voynablog.ru/2010/08/16/20-21-22-23-24-yanvarya-1942-goda/

Лазарь Хаймович Паперник
Лазарь Хаймович Паперник

Во второй половине января 1942 года в ходе контрнаступления советских войск под Москвой подразделения 2-го мотострелкового полка Отдельной мотострелковой бригады особого назначения НКВД СССР (ОМСБОН) вели наступательные бои, действуя совместно с 328-й стрелковой дивизией 10-й армии в районе Сухиничей. В ночь на 23 января 1942 года отряд из 24-х лыжников полка под командованием командира роты старшего лейтенанта К.З.Лазнюка ворвался в д.Хлуднево, в которой находилось около 400 гитлеровцев с танками и артиллерией. Бесшумно сняв часовых, воины-чекисты забросали гранатами одновременно несколько домов, в которых находились немцы. Возникшая в рядах противника паника позволила советским воинам уничтожить много солдат противника и продвинуться к центру деревни. Однако вскоре гитлеровцы опомнились от внезапного удара, усилили ответный огонь, заняли оборону. К сожалению, остатки советских стрелковых подразделений, которые находились неподалеку и должны были нанести главный удар, не поддержали омсбоновцев. Вскоре под прикрытием двух танков немцам удалось оттеснить советских воинов к окраине села. После тяжелого ранения командира отряда ст. лейтенанта Лазнюка, которого вынесли в тыл А.П.Кругляков и Е.А.Ануфриев, командование отрядом принял политрук роты сержант госбезопасности Егорцев. Он приказал оставшимся бойцам прорываться к большому бревенчатому сараю, стоявшему на возвышенности. Заняв круговую оборону у сарая, лыжники приготовились драться до последнего. Противник все уже сжимал кольцо. Бой затянулся до утра. С рассветом немцы открыли минометный огонь. Атаки следовали одна за одной. Когда гитлеровцы ворвались в сарай последний оставшийся в живых снайпер красноармеец Л.Х.Паперник взорвал гранатой себя и окружавших его немцев. Так смертью храбрых пали 22 лыжника-разведчика. В бою они уничтожили более 100 гитлеровцев.

Источник: http://wikimapia.org/13101551/ru/Стела-в-память-о-подвиге-22-отважных-лыжников-в-1941-году

https://ru.wikipedia.org/wiki/Паперник,_Лазарь_Хаймович

В первые дни января 1942-го, когда все были окрылены успехами Керченско-Феодосийского десанта, принято решение о высадке десанта и в Евпатории, чтобы подготовить плацдарм для наступления на Симферополь и дальнейшего освобождения полуострова. За час до полуночи из Севастополя в сопровождении пяти катеров типа «морской охотник» вышел построенный в 1937 году на городских верфях базовый тральщик «Взрыватель» под командованием Виктора Трясцина (по другим данным — Трясцын). Этот тральщик уже участвовал в героических оборонах Одессы и Севастополя, а теперь получил приказ доставить первую, как потом покажет время, единственную группу десантников в Евпаторию. Возглавил десант евпаториец Николай Буслаев. Соединившись вскоре ещё с двумя катерами и буксиром СП-14, тральщик направился к Евпатории, где почти в три часа ночи началась высадка. Вначале всё прошло гладко: застигнутый врасплох румынский артполк бежал, но по десантникам и транспортам вскоре открыли огонь немецкие полевые батареи, позже к ним присоединилась и авиация. Повреждённый буксир и шесть катеров ушли в Севастополь, маневрируя на рейде, прикрывать десант и забирать раненых остался тральщик и катер «морской охотник» 081. Потери понесли и их экипажи. Так, на «Взрывателе» одними из первых от попадания фашистского снаряда погиб боевой расчёт кормовой пушки и командир десанта Николай Буслаев. Командование операцией принял военком Андрей Бойко. «Морской охотник» вскоре получил приказ вернуться в Севастополь, а на тральщике этого приказа не дождались — рация была повреждена. Отойти без приказа Виктор Трясцин не посмел, да и понимал, что 100-миллиметровое орудие тральщика — единственная артиллерийская поддержка десантников на берегу. «Взрыватель» с разбитым рулевым управлением, заканчивающимися снарядами и многими ранеными, продолжал держаться. Но к вечеру 5 января его штормом выбросило на берег, обшивка корпуса в кормовой части лопнула, началось затопление отсеков.

На помощь тральщику из Севастополя вышли катера №91 и №111, но на полпути были атакованы фашистской авиацией и погибли вместе с экипажами. Понимая, что помощи не будет, командир десанта Андрей Бойко и командир корабля Виктор Трясцин приказали уничтожить все документы, а сам тральщик заминировать, но боеприпасов не хватило, решили, как могут, держать бой. С винтовками и гранатами, а то и врукопашную, когда совсем осмелевший враг пытался подняться на борт, обороняли они корабль от фашистов, расстреливавших в упор беспомощный тральщик. Андрей Бойко будет убит, тяжелораненый Виктор Трясцин и боцман Лев Этингоф подорвут себя последней гранатой, покончат с собой и ещё несколько тяжелораненых моряков, в том числе Василий Топчиев, командир разведчиков Черноморского флота. Из более полусотни членов экипажа тральщика и примерно такого же количества взятых им на борт раненых выжить удалось только Ивану Клименко, довоенному пловцу-марафонцу, с донесением о гибели тральщика он вплавь отправился в Севастополь. Более 30 километров в воде, не превышавшей 5 градусов, он смог преодолеть, пока у Николаевки его, обессиленного, не подобрал наш сторожевой катер. Разбитый «Взрыватель» ещё несколько лет стоял как памятник десантникам-черноморцам, лишь в 1947-м его разрезали на металл, впрочем, некоторые дайверы уверяют, что останки корабля до сих пор лежат неподалёку от места гибели.

Кстати, в эти дни бой шёл и за Евпаторийский маяк, где держали последнюю оборону 8 разведчиков под командованием Ульяна Латышева. 8 января 1942-го их высадили здесь с подводной лодки, чтобы узнать о судьбе десанта. Пятеро разведчиков пропали без вести при высадке — резиновую шлюпку унесло в штормящее море, а эти восемь, передав, что основные силы десанта, трое суток удерживавшие город, погибли, не дождавшись помощи, сами тоже её не дождались. И с 9 по 14 января удерживали последний советский оплот в Евпатории — маяк. Утром 14 января 1942-го командование Черноморского флота получило донесение: «Товарищи, помогите, держаться больше не можем. Стреляйте по любой цели, кроме Евпаторийского маяка». Моряки хорошо знали, что никак нельзя гасить световой маяк, тем более этот — первый подобный на Чёрном море, созданный ещё в 1861-м. В 15 часов 49 минут 14 января в эфир передано последнее донесение: «Мы подрываемся на собственных гранатах, прощайте». Памятник им теперь установлен в Заозёрном.

Источник: http://simferopol.bezformata.ru/listnews/poslednij-boj-vzrivatelya/53872109/

Лиза Чайкина
Лиза Чайкина

После нападения гитлеровских войск на СССР Лиза Чайкина, секретарь Пеновского райкомитета комсомола в 21 год, внутренне всегда готовая к подвигу и самопожертвованию, вместе со всеми строила оборонительные сооружения. Когда было принято решение об эвакуации, обком комсомола поставил перед Лизой задачу организовать партизанский отряд в своем районе. Чайкина успешно справилась с этим заданием и сформировала дружину из 70 человек. Чтобы поднять патриотический дух жителей деревень Пеновского района, оккупированных фашистами, Лиза Чайкина распространяла среди них листовки и газеты с соответствующим содержанием, а также сообщала последние новости с фронта. Многие ждали ее прихода. Слава комсомолки — партизанки дошла и до немцев, которые стали за ней охотиться и пытаться узнать хоть какую-то информацию о ее местонахождении.

22 ноября 1941 г Лиза Чайкина снова направилась в районный центр, чтобы узнать численность гитлеровского гарнизона. Для ночевки она выбрала дом своей подруги Маруси Купоровой (хутор Красное Покатище). Местный конюх со своим сыном увидели незнакомую гостью и донесли об этом в гестапо. Немцы порвались ночью в дом Маруси, расстреляли всю ее семью, а Лизу взяли в плен. Последний подвиг бесстрашной партизанки заключался в том, что даже при самых страшных пытках она не выдала никакой информации о своих товарищах и явочных квартирах. При всем этом немцы не знали ее имени, поэтому ее вывели и поставили перед местными жителями, которым было приказано назвать имя незнакомки, в случае, если кто-то с ней знаком. Все жители поселка Лизу конечно же узнали, но молчали. Но все-таки нашлась одна женщина, которая открыла ее имя и фамилию. Лизу Чайкину расстреляли 23 ноября 1941 г., ее последними словами стали: «Наши придут. Победа будет за нами!» После окончания войны возмездие настигло предателей Лизы, все трое были расстреляны. Сразу же после освобождения п. Пено 11 января 1942 года, Лизе посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Похоронили её в братской могиле поселка Пено, биографию и подвиг девушки в былые времена знал почти каждый советский школьник.

Источник: http://ordenrf.ru/geroi-rossii/geroi-sssr/partizanka-liza-chaykina.php

Новый Год

31 декабря 1941 г. Один из самых тяжелых дней очень тяжелого декабря. И все-таки наперекор всему в городе ощущается приближение праздника. Почти 50 тысяч ленинградских школьников собираются встретить его у новогодних елок. К празднику готовятся и детские сады. Несмотря на нехватку горючего, автомобилисты привезли из лесу 1000 елок. Положение с продовольствием крайне тяжелое, но город позаботился о праздничных угощениях для детей. Из глубокого тыла для детских садов Ленинграда в Кобону прибыли даже мандарины. Юра Байкалов – школьник, 4 класс, 370 школа: «31 декабря 1941 г. Сегодня нам сказали, что в 5 часов мы будем встречать Новый год в 4-й школе. Там был большой концерт и елка из сосны… А потом был обед. Дали суп из чечевицы, 2 котлеты с макаронами и какое-то желе, очень вкусное. Все очень вкусно. Хорошо все-таки в школе».

Для учащихся 7-10-х классов елки были устроены в помещениях театра драмы им. Пушкина, Большом драматическом и Малом оперном театрах. Сюрпризом было то, что во всех театрах было электрическое освещение. Играли духовые оркестры. В театре драмы им. Пушкина был дан спектакль «Дворянское гнездо», в Большом драматическом – «Три мушкетера». «6 января 1942 г. В помещении Малого оперного театра состоялся казавшийся невероятным в условиях блокады праздник. Была елка, был спектакль, поставленный по роману Э.Л. Войнич „Овод“. И был обед! Перед каждым из маленьких участников этого праздника на белую скатерть поставили тарелку супа с лапшой, пшенную кашу, желе. Каждому дали ломтик хлеба. Причем все это без вырезки талонов из продовольственных карточек. После обеда ребятам легче было переносить холод – температура в театре не превышала минус 15 градусов». Фотографии и детские дневники рассказывают о детских праздниках новогодней елки в детских садах, школах и театрах. Обязательной частью которых был обед и маленький подарочек с печеньем или пряником, а кому-то даже достался мандарин. Одна из школьниц писала о новогодней елке: «6 января 1942 г. Сегодня была елка, и какая великолепная! Правда, я почти не слушала пьесы: все думала об обеде. Обед был замечательный. Дети ели медленно и сосредоточенно, не теряя ни крошки. Они знали цену хлебу, на обед дали суп-лапшу, кашу, хлеб и желе, все были очень довольны. Эта елка надолго останется в памяти».

Источник: http://www.leningradpobeda.ru/nesmotrja-ni-na-chto/novyjj-god-v-blokadnom-gorode/